Транториане разрешают своим детям выходить сюда раз в год, после того как им исполнится пять лет. Не знаю, право, дает ли им это что-нибудь. Во-первых, этого явно мало, а во-вторых, когда детей приводят сюда первые несколько раз, они закатывают жуткие истерики. Следовало бы их приносить сюда сразу же после рождения и, по крайней мере, раз в неделю. В общем, это не имеет такого уж большого значения, — продолжал Джерилл — Что из того, что эти люди никогда не видели неба? Они счастливы там, внизу: они управляют Империей. По-вашему, на какой высоте мы находимся?

— Полмили, — неуверенно ответил Гаал, подумав, что со стороны он выглядит неопытным и наивным.

Джерилл улыбнулся.

— Вовсе нет, всего лишь в пятистах футах над землей.

— Что?.. Но ведь мы ехали на лифте больше чем…

— Все правильно. Но большую часть пути лифт прошел под землей. Сооружения Трантора расположены на глубине в милю. Он как айсберг — большую часть его, девять десятых, мы не видим. Более того, используя лишь температурную разницу между глубинами земли, где мы живем, и поверхностью, можно получить энергию для обслуживания всего комплекса. Вы этого не знали?

— Нет. Я думал, что вы используете атомные генераторы.

— Когда-то использовали, но так дешевле.

— Я думаю!

— И как вам все это нравится?

— Великолепно! — ответил Гаал.

— Вы здесь в отпуске? Путешествуете?

— Не совсем так… Хотя… всегда мечтал посетить Трантор. Я прибыл на работу.

— О!

Гаал поспешил объясниться.

— Я приглашен доктором Сэлдоном из Транторианского Университета.

— Вороном-Сэлдоном?

— Что вы, нет. Я имею в виду Хари Сэлдона… психоисторика Сэлдона. О Вороне-Сэлдоне я никогда и не слышал.